Накануне юбилея я отвечал на вопросы студентов и аспирантов факультета журналистики.
-Какое время суток вы больше всего любите?
- Утро.
- Что Вы любите делать в это время?
- Ходить или бегать, но сейчас я не бегаю. Люблю ходить по парку. Смотреть, как начинается день. Дышать свежим воздухом.
-Могли бы Вы вспомнить такое событие, которое в корне изменило бы Вашу жизнь? Было ли такое?
- Первое событие – это война. Я планировал одно, а получилось другое. Я учился в 4 классе и планировал заняться математикой и физкультурой. А с началом войны мы эвакуировались в Барнаул и прожили там до мая 1943 года. Я закончил 6 класс, и мы вернулись в Москву.
- Какие качества Вы цените в женщинах?
- Мягкость характера. Но это почти не встречается в наше время.
- Как Вы считаете, почему президенту Обаме дали премию Мира?
- Для поддержания мира, для развития политики, которая будет способствовать этому. Поскольку он был избран в такой сложной конкурентной борьбе, которая была не только между демократами и республиканцами, но и между теми, кто отказался от расовых предрассудков и теми, кто их ещё сохранил. Таким образом хотели подчеркнуть уважение к нему миролюбивой общественности, которая выступает за мир, за развитие человечества и человечных отношений.
- Скажите, а Вы верите в то, что Обама действительно сможет изменить существующую мировую обстановку, улучшить ее?
- Это зависит не только от него, но и от партнеров, которые с ним работают. Один человек этого не может сделать. И тут сложная ситуация. Мне трудно сказать, насколько тверд он в своих решениях, насколько он в состоянии поддерживать линию на мирное решение конфликтов. Мне кажется, что он не имеет достаточного опыта. И это является одной из опасностей для него и его администрации. Конечно, он получил уже определенный опыт, но этот опыт скоротечен, его ещё надо пережить. Тогда он будет действовать более осмотрительно. Вообще я верю в его возможности. Но все-таки он не подготовлен с точки зрения опыта, практики, политической деятельности. Я считаю, что премия эта формально преждевременна, поскольку мир он не установил, реального вклада в создание мира не внес, кроме того, что он сделал шаги по улучшению российско-американских отношений.
- Было ли что-то, что Вы никогда не делали, но хотели бы сделать в ближайшее время?
- Мне трудно сказать. Я не собираюсь в ближайшее время делать никаких экспериментов. Пока я иду по накатанному за 80 лет пути. Были всякие сложности, но пока я не вижу новых вызовов, на которые я должен реагировать резким образом.
- Вам нравится жить в Москве?
- Нравится. Я здесь родился. Конечно, Москва меняется не в лучшую сторону, многие дорогие для меня места утрачивают привычный облик. Пропадает аромат Москвы – столицы России. Возникает конгломерат зданий разных стилей, близких скорее новому, индустриализирующемуся Востоку, чем традициям европейского русского пространства.
- Какое место вы больше всего любите в Москве?
- Я люблю переулок, который сейчас называется Зоологической улицей. Там зоопарк. Это место мне особенно дорого, поскольку я там провел много времени своего детства. Там все изменилось в последнее время. Где раньше был мой дом и дома наших соседей, теперь построены новые дома. Но все-таки что-то осталось. Осталась какая-то аура. Рядом был Тишинский рынок, куда меня водила бабушка, когда ходила за покупками. Тоже приятное место, но он совершенно исчез в том виде, в котором я его помню. В этом смысле Москва, конечно, утратила многое из того, что было мне дорого.
- Скажите, пожалуйста, а как Вы относитесь к однополым бракам?
- Отрицательно. Это конечно дело тех, кто вступает в них. Я никогда не вмешиваюсь в это. Но не одобряю. Дело в том, что брак должен разрешиться развитием семьи, в которой должны быть дети. Однополые браки не способствуют развитию семьи. И здесь, конечно, особенно сложное положение у мужчин, которые никак не могут обзавестись детьми без представителей противоположного пола. Однополые браки бесперспективны. Они связаны с особым укладом тех, кто хочет вступить в этот брак, с их неспособностью и нежеланием вести традиционную совместную жизнь, может с болезнями, наклонностями, физиологическими особенностями. Я не могу их за это осуждать, но и одобрять и поощрять я бы не стал. И наказывать тоже. Не мое это.
- Вас когда-нибудь задерживала милиция?
- Никогда.
- Вы играете в азартные игры?
- Нет. Играл я только в Риге, на берегу рижского залива в «дурака», когда в жаркую погоду некуда было пойти. Но это не азартная игра, поскольку на деньги я никогда не играл.
- Какие игры вы вообще любите?
- Я играл в волейбол, детский футбол. Могу кататься на лыжах, но это не игра. Ну что ещё? Думаю, этого достаточно.
- Вы когда-нибудь ездили на мотоцикле?
- Нет. Вы знаете, это я видел только, когда Иван Иванович «оседлал» этот вид транспорта, и всегда с некоторым опасением смотрю на это. Мотоцикл – это может быть интересно, но это не мой интерес. Лыжи, бег – приятнее для меня. Сейчас, может быть, мне тяжелее это делать. Но на мотоцикле мчатся так, чтоб чувствовать ветер, сопротивление воздуха, - от этого я удовольствия не испытываю. Сейчас я явно садиться на мотоцикл не собираюсь. В свое время я часто ездил на велосипеде, сейчас не езжу, но возможно ещё соберусь. Естественно, не на велосипедных гонках, а для своего удовольствия или для передвижения, если никакого другого транспорта не окажется.
- В 40-х, 50-х годах многие представители творческих научных кругов имели опыт употребления веществ…
- Наркотиков?
-Да. В частности ЛСД.
-Я никаких наркотиков никогда не употреблял. Мне они удовольствия не доставляют. Я, конечно, никогда их не пробовал, но мне достаточно того, что я видел, как разваливались личности тех, кто употреблял наркотики. Это меня не привлекает. Я думаю, что это нехорошо для здоровья. Если нужно получить какое-то особое удовольствие, связанное с физическими действиями, лучше пойти погулять, побегать, подышать свежим воздухом, прогуляться на гору.
- Был ли в Вашей жизни опыт мистических переживаний?
- По-моему, не было. Сны интересные бывают. Когда-то меня пытались показать экстрасенсу, но он сказал, что не может со мной работать, потому что я сам обладаю какими-то такими качествами. Но сам я этого не испытывал. У меня была аспирантка в Латвии, которая знала какие-то явления, которые связаны с проявлением подобной энергии у человека. Она мне давала терку, которая крутилась в руках, прут, там, где есть пересечение ручьев, прут тоже крутился. Это относится к физике человеческого тела. Эти проблемы не изучены толком, проблемы физических свойств человека как предмета. Ясно, что у человека есть заряд электрической и других видов энергии. Уровень энергии отличается у разных людей, и физики считают, что это влияет на развитие человека и его способности. Особенно это касается экстрасенса, когда он крутит вилки, ножи, ручки и все прочее. Но серьезные физики, с которыми я говорил, считают, что токи – очень тонкие инструменты, их трудно изучать, но они есть в человеческом организме, и могут производить какое-то действие в зависимости от того, насколько большим запасом энергии этот человек обладает.
- Что выводит Вас из себя?
- Надоедливые вопросы. Настойчивые попытки выведать какие-то вещи у меня, заставить что-то делать, просить того, чего я не хочу. Это меня может раздражать. Раздражение проявляется по-разному, но только не в физических действиях против тех, кто ведет себя не так, как мне нравится. Такие неприятные моменты бывают, но не часто.
- Вам когда-нибудь угрожали?
- Угрожать может, и угрожали, но эти угрозы были не очень серьезными с точки зрения их реализации.